Я одна ты один мы с тобой не знакомы кто поет

Джентльмены удачи — Викицитатник

мы, еще не ведали, Что мы в душе с тобой давно уж моряки. А я гляжу: знакомый аист Какой-то ты не радостный, Ветер сибирский им песни поет. Один паренек был калужский, А у нас во дворе есть девчонка одна. 1 Цитаты. Александр Александрович Белый (Доцент); Евгений Пусть думают, что мы спортсмены. Не играть! Не пить! Не воровать (без меня)!; Этот Выполняйте. — Ну, а ты как? — Я — Вор он! — Это не смешно, тётя. Нашёл фраера с тобой играть. У меня один знакомый, тоже учёный. Ты шутишь? Мы с Кармен ооочень давно знакомы только пресса любит постоянно стравливать нас друг с другом. Без нее я не была бы тем, кем.

У приверженца точки портрет запятой Вызывает зевоту. На каком языке с немотой Говорить полиглоту? Убывает количество сложных вещей, Утончённых ремёсел. Упрощается век, докатив до черты, Изолгавшись, излившись. Отовсюду глядит простота нищеты Безо всяких излишеств. И всего ненасущего тайный позор Наконец понимая, Я уже не гляжу, как сквозь каждый узор Проступает прямая. Остаётся ножом по тарелке скрести В общепитской столовой, И молчать, и по собственной резать кости, Если нету слоновой. Снился мне сон, будто все вы, любимые мной… Снился мне сон, будто все вы, любимые мной, Медленно бродите в сумрачной комнате странной, Вдруг замирая, к стене прислоняясь спиной Или уставясь в окно с перспективой туманной.

Я то к одной, то к другой: Только тебя не хватало? И снова по кругу Бродят, уставив куда-то невидящий взгляд, Плачут и что-то невнятное шепчут друг другу. Сделать, бессильному, мне ничего не дано. Жаркие, стыдные слезы мои бесполезны. Не все ли тебе-то равно, Что происходит: Мимо ползут многошумной змеею усталой, Смотрят презрительно? Как же мне страшно всегда Было себя представлять продавцом-зазывалой, Бедным торговцем ненужностью! Никто не нуждается в. Жалость другая нужна и подмога другая.

Помню, мне под ноги смятый стакан подлетел, Белый, из пластика, мусорным ветром несомый: Здесь не слышали слова "монета"! Чем мне помочь тебе, чем?

Я и сам ещё что-то могу потому, Что не знаю всего о себе, о народе И свою неуместность нескоро пойму. Невозможно по карте представить маршрут, Где направо затопчут, налево сожрут. Привыкай же, душа, усыхать по краям, Чтобы этой ценой выбираться из ям, не желать, не жалеть, не бояться ни слова, ни ножа; зарастая коростой брони, привыкай отвыкать от любой и любого И бежать, если только привыкнут.

Двадцать семь раз я, глядишь, уже прожил День своей смерти. Веры в бессмертие нет ни на грош. Век, исчерпавший любые гипнозы, Нам не оставил спасительной позы, чтобы эффектней стоять у стены. Отнял желания, высушил слезы И отобрал ореол у войны. Все же мне лучше, чем дичи под сетью. Два утешенья оставлены. Все можно объяснить дурной погодой… Все можно объяснить дурной погодой.

Перевалить на отческий бардак, Списать на перетруженный рассудок, На fin de siecle и на больной желудок… Но если все на самом деле так?! Бродский Прежде она прилетала чаще. Как я легко приходил в готовность! После безумных и неумелых Привкус запретности! О, синхронные окончанья Строк, приходящих одновременно К рифме как высшей точке блаженства, Перекрестившись прости нас, Боже! Как не любить перекрестной рифмы? О, сладострастные стоны гласных, Сжатые губы согласных, зубы Взрывных, задыхание фрикативных, Жар и томленье заднеязычных!

Как, разметавшись, мы засыпали В нашем Эдеме мокрые листья, Нежные рассвет после бурной ночи, Робкое теньканье первой птахи, Непреднамеренно воплотившей Жалкую прелесть стихосложенья! И, залетев, она залетала. Через какое-то время месяц, Два или три, иногда полгода Мне в подоле она приносила Несколько наших произведений.

Если я изменял с другими, Счастья, понятно, не получалось. Все выходило довольно грубо. Тут уж она всерьез обижалась И говорила, что Н. Однако все искупали ночи. Утром, когда я дремал, уткнувшись В клавиши бедной машинки, гостья, Письменный стол приведя в порядок, Прежде чем выпорхнуть, оставляла Рядом записку: Нынче она прилетает редко. Тонкие пальцы ее, печально Гладя измученный мой затылок, Ведают что-то, чего не знаю.

Что она видит, устало глядя Поверх моей головы повинной, Ткнувшейся в складки ее туники? Или пейзаж былого Эдема? Метафизические обломки Сваленной в кучу утвари, рухлядь Звуков, которым уже неважно, Где тут согласный, где несогласный.

Строчки уже не стремятся к рифме. Метры расшатаны, как заборы Сада, распертого запустеньем. Мальчик насвистывает из Джойса. Да вдалеке, на пыльном газоне, Н. Я, пребывая при своем, Не эмигрирую, поскольку Куда как тяжек на подъем: Я не умею жить в Париже. Разлука мне не по плечу. Я стану тише, глаже, ниже, Чтоб не продаться — замолчу. В стране дозволенной свободы, Переродившейся в вертеп, Я буду делать переводы, Чтоб зарабатывать на хлеб, И, отлучен от всех изданий, Стыдясь рыданий при жене, Искать дежурных оправданий Усевшимся на шею.

Я сам себя переломаю И, слыша хруст своих хрящей, Внушу себе, что принимаю, Что понимаю ход вещей, Найду предлоги для расплаты, Верша привычный самосуд… Мы вечно были виноваты — За это нам и воздадут. И торжествующие стеньки С российской яростью родной Меня затеют ставить к стенке Какой-нибудь, очередной, И жертвой их чутья и злобы Я пропаду ни за пятак: Добро б за что-нибудь!

Добро бы За что-нибудь — за просто так! Прощай, свободная Россия, Страна замков, оград, ворот! Прощай, немытая стихия — Так называемый народ! Опять взамен закона дышло, И вместо песни протокол, И вместо колокола слышно, Как в драке бьется кол о кол!

Пустынный берег был монументален. К Европе простирался волнолом. За ближним лесом начинался Таллин. Было лень Перемещать расслабленное тело. Кончался день, и наползала тень. Федотовы еще не развелись. Стогов не погиб Под колесом ненайденной машины. Марину не увел какой-то тип. Сергей и Леша тоже были живы. Около воды Резвились двое с некрасивым визгом, Казавшимся предвестием беды.

Федотов-младший радовался брызгам И водорослям. Смех и голоса Неслись на берег с ближней карусели. На яхтах напрягали паруса, Но ветер стих, и паруса висели.

Прибалтика еще не развелась С империей. Кавказ не стал пожаром. Две власти не оспаривали власть. Вино и хлеб еще давали даром. Москва не стала стрельбищем. Толпа Не хлынула из грязи в квази-князи. Еще не раскололась скорлупа Земли, страны и нашей бедной связи.

Маленький урод Стоял у пирса. Жирная бабенка В кофейне доедала бутерброд И шлепала плаксивого ребенка. Я смотрел туда, Где чайка с криком волны задевала, И взблескивала серая вода, Поскольку тень туда не доставала.

Земля еще не треснула. Вода Еще не закипела в котловинах. Не брезжила хвостатая звезда. Безумцы не плясали на руинах. И мы с тобой, бесплотных две души, Пылинки две без имени и крова, Не плакали во мраке и тиши Бескрайнего пространства ледяного И не носились в бездне мировой, Стремясь нащупать тщетно, запоздало Тот поворот, тот винтик роковой, Который положил всему начало: Не тот ли день, когда мы вчетвером Сидели у пустынного залива, Помалкивали каждый о своем И допивали таллинское пиво?

О нет, не. Чуть стоят столбы, висят провода. С быстротой змеи при виде мангуста кто могли, разъехались кто. И стоит такое тихое лето, что расслышишь каждую стрекозу. Я живу один в деревянном доме, я держу корову, кота, коня. Обо мне уже все позабыли, кроме тех, кто никогда не помнил. Сею рожь и просо, давлю вино. Я живу, и время течет обратно, потому что стоять ему не дано.

Я уже не дивлюсь никакому диву. На мою судьбу снизошел покой. Иногда листаю желтую "Ниву", и страницы ломаются под рукой. Приблудилась дурочка из деревни: Вдалеке заходят низкие тучи, повисят в жаре, пройдут стороной. Вечерами туман, и висит беззвучье над полями и над рекой парной.

В полдень даль размыта волнами зноя, лес молчит, травинкой не шелохнет, И пространство его резное, сквозное на поляне светло, как липовый мед. Из потертой сумки вынет открытку непонятно, откуда он их берет.

Все не мне, неизвестным: Иногда на тропе, что давно забыта и, не будь меня, уже заросла б, Вижу след то ли лапы, то ли копыта, а вглядеться, так может, и птичьих лап, И к опушке, к черной воде болота, задевая листву, раздвинув траву, По ночам из леса выходит кто-то и недвижно смотрит, как я живу.

Семейное счастие кротко, Фортуна к влюбленным щедра: У Веры проходит чахотка, У Мэри проходит хандра. Как жаль, что такого исхода Безвременье нам не сулит! Судьба тяжела, как свобода, Беспомощна, как инвалид.

Любовь переходной эпохи Бежит от кольца и венца: Финалы, как правило, плохи, И сын презирает отца. Должно быть, есть нечто такое И в воздухе нашем самом, Что радость тепла и покоя Не ладит с угрюмым умом. Когда бы меж листьев чинары Укрылся дубовый листок! Когда б мы разбились на пары, Забыв про бурлящий Восток, Дразнящий воинственным кликом! О Боже, мы все бы снесли, Когда бы на Севере диком Прекрасные пальмы росли!

Когда я вернусь назад, мне будет уже не надо… Когда я вернусь назад, мне будет уже не надо Ни сквера, где листопад, ни дома, где эстакада. И лестница, и окно, в котором цветет закат, Мне будут чужды равно, когда я вернусь. С гримасою ли злорадной? Нет, думаю, без гримас, без горечи и стыда. Они уже знают час, когда я вернусь. И я вернусь, дотащусь. Чужой, как чужая боль, усохший, как вечный жид, Отчетности ради, что ль, отметиться тут, что жив.

Лет пять пройдет или шесть. А может, и двадцать с лишним. Да, вещи умнее. Я это прочту во взгляде Оконном, в сиянье глаз двухлетнего, в листопаде, И только слепая власть, что гонит домой стада, Чтоб участь мою допрясть, меня приведет. Мне будет уже не надо!

Мне надо теперь, сейчас: Но я потеряю вас, несчастные вы. Холода Москву облегают властно. Откуда я и куда- во сне, как всегда, неясно: Счастья не будет Олененок гордо ощутил Между двух ушей два бугорка, А лисенок притащил в нору Мышь, которую он сам поймал.

Демыкина Музыка, складывай ноты, захлопывай папку, Прячь свою скрипку, в прихожей разыскивай шляпку. Ветер по лужам бежит и апрельскую крутит Пыль по асфальту подсохшему. Винить никого не пристало: Оставь ожиданья подросткам, Нынешний возраст подобен гаданию с воском: Жаркий, в воде застывает, и плачет гадалка. Будут метаться, за грань порываться без толку… Жизнь наша будет подглядывать в каждую щелку.

Воск затвердел, не давая прямого ответа. Да, может, и к лучшему. Один предается восторгам Эроса. Кто-то политикой, кто-то Востоком Тщится заполнить пустоты. Мы-то с тобой уже знаем, что счастья не.

Век наш вошел в колею, равнодушный к расчетам. Щебень щебечет, и чавкает грязь под стопою. Желтый трамвай дребезжанием улицу будит. Пахнет весной, мое солнышко. В какой теперь богине Искать пытаются изъянов и прорех? Их соблазнители, о коих здесь не пишем, В элиту вылезли под хруст чужих костей И моду делают, диктуя нуворишам, Как нужно выглядеть и чем кормить гостей.

Где эти мальчики и девочки? Их ночь волшебная сменилась скукой дня, И ничегошеньки, о Господи, не вышло Из них, презрительно глядевших на. О нет, Да нет же, Господи! Ну что же, радуйся! А все же верилось, что некий неизвестный Им выход виделся, какой-то смысл сиял! Ни в той судьбе, ни в. Накрылась истина, в провал уводит нить. Грешно завидовать бездомной и отпетой Их доле сумрачной, грешней над ней трунить.

Где эти мальчики, где девочки? Ни рядом Ни в отдалении. А все же и сейчас Они, мне кажется, меня буравят взглядом, Теперь с надеждою: С них спроса нет. В холодном мире новом Царит безвременье, молчит осенний свет, А ты, измученный, лицом к лицу со словом Один останешься за всех держать ответ.

Веллер На теневой узор в июне на рассвете, На озаренный двор, где женщины и дети, На облачную сеть, на лиственную прыть Лишь те могли смотреть, кому давали жить. Да что уж там слова! Всем равные права на жизнь вручили боги, Но тысячей помех снабдили, добряки.

Мы те и дети тех, кто выжил вопреки. Не лучшие, о нет! Один из десяти удержится, в игре, И нам ли речь вести о счастье и добре! Те, у кого до лир не доходили руки, Извлечь из них могли божественные звуки, Но так как их давно списали в прах и хлам, Отчизне суждено прислушиваться к. А лучший из певцов взглянул и убедился.

Сказка В общем, представим домашнюю кошку, выгнанную на мороз. Кошка надеялась, что понарошку, но оказалось — всерьез. Кошка изводится, не понимая, что за чужие места: Каждая третья соседка — хромая, некоторые — без хвоста… В этом она разберется позднее. Ну, а пока, в январе, В первый же день она станет грязнее всех, кто живет во дворе.

Коль новичок не прошел испытанья — не отскребется потом, Коль не сумеет добыть пропитанья — станет бесплатным шутом, Коль не усвоил условные знаки — станет изгоем вдвойне, Так что, когда ее травят собаки, кошки на их стороне.

В первый же день она скажет дворовым, вспрыгнув на мусорный бак, Заглушена гомерическим ревом местных котов и собак, Что, ожиданием долгим измаян — где она бродит? Мы, мол, не ровня! За вами-то сроду вниз не сойдет человек! Вам-то помойную вашу свободу мыкать в парадной вовек! Вам-то навеки — полы, батареи, свалка, гараж, пустыри… Ты, что оставил меня! Поскорее снова меня забери!

Вот, если вкратце, попытка ответа. Детей выкликают на ужин матери наперебой. Видно, теперь я и Богу не нужен, если оставлен тобой, Так что, когда затихает окраина в смутном своем полусне, Сам не отвечу, какого хозяина жду, чтоб вернулся ко.

Ты ль научил меня тьме бесполезных, редких и странных вещей, Бросив скитаться в провалах и безднах нынешней жизни моей? Ночью все кошки особенно сиры. Он, что когда-то изгнал из квартиры праотцев на пустыри, Где искривились печалью земною наши иссохшие рты, Все же скорее вернется за мною, нежели, милая.

Несчастная любовь глядится раем Из бездны, что теперь меня влечет. Но ты вообще не берешь меня в расчет. Чтоб все равно убить меня в конце! И скажешь прочим, Столь щедрым на закаты и цветы, Что это всех касается.

А впрочем, Вы можете быть свободны — ты и ты, Но это. Какого адресата Я упустил из ложного стыда? Вот этого — не надо, Сожри меня без этого добра. Все, все, что хочешь: Так сказать, восклицательный знак.

Соблазнительна тема разлук С переходом в табак и кабак. Но не тронет меня этот снег, Этот снег и следы твоих ног. Не родился еще человек, Без которого я бы не. Так тепло не бывало. На скамейке стирается надпись "Алексей плюс Наташа равно"… Над рекой ветерок повевает, Есть свобода и, в общем, покой.

А счастливой любви не бывает. Не бывает совсем никакой. Мне снилось, что ты вернулась, и я простил. Красивое одиночество мне постыло. Мы выпили чаю, а следом легли в постель, И я прошептал, задыхаясь, уже в постели: Все больше нас, кто позабыл о смысле Всей этой странной, грустной чехарды, В которой мы безвременно закисли И все-таки по-прежнему горды.

И сам я, зубы положив на полку, Все в той же ступе желчь свою толку И усмехаюсь, наблюдая в щелку, Как прибывает нашего полку. Никого не держу за врагов. Побратимов мне тоже не. Все мы люди из разных кругов Повседневного общего ада. И с привычною дрожью в ногах Пожимаю вам руки, прощаюсь… Может быть, мы и в тех же кругах, Просто я против стрелки вращаюсь.

Я предлагаю тебе выпить при встрече на брудершафт, как бы это смешно не звучало, чтобы запить неприятную боль разлуки. Что там говорить, я просто очень соскучилась. Я сегодня решила испытать себя - беспощадно копаясь в душе и сердце, пришла к безутешному выводу, что ещё тебя люблю!

А дни и ночи безжалостно бегут в вечность. И как их остановить, не знаю. Вообщем, осень, как осень, вечер, как один из многих вечеров. Просто быть с тобой — было уже праздником!

Поэтому снова обнять тебя — мысль, граничащая с заветной мечтой. Душа, к сожалению, безжалостно ноет. Тебе лучше этого не слышать. Тишина помогает разобраться в себе, а дела отвлекают от грустных мыслей.

Жизнь не сломила мой дух, наоборот, сделала выносливей. Я верю, что всё будет хорошо! Ты смысл моей жизни, солнце, освещающее её! Мой самый лучший, я горжусь тобой, и никому не хочу отдавать! Люблю каждую клетку твоего тела! Не поверишь, пока признавалась в любви, мой чай, в который раз, остыл. Радует, что в наше время умные люди придумали микроволновки. Снова нехотя прощаюсь с. До следующего письма, дорогой!

Ты есть у меня — и это главное! Да, любовь в этом мире тяжёлый груз, который, сначала, не чаешь получить, а потом не знаешь, как сохранить. Отчего эти страхи, тревоги и волнения? Не от маловерия ли? Просто всё так не во время, нежданно, а возможно, это только кажется, и сейчас для этих переживаний самое время.

Ведь, всему когда-то наступает своё время. Я иногда пытаюсь в чём-то разобраться, хотя до конца так ничего и не понимаю. И порой, чем больше стараюсь понять, тем больше запутывалась. Вижу из окна, как темнеет вокруг, и появляются первые ночные огни. С каждой минутой их становится всё больше, и они просто завораживают.

Вчера я всмотрелась в солнце на закате, которое разгорелось над мостом красным заревом, смело отражаясь бликами на спокойной воде, разбросав свои лучи повсюду. В тот момент мне и захотелось написать. Ведь, что у меня в этом мире останется без тебя? Яркое солнце и блики на воде?

Стихи, посвящённые парням и девушкам! - Любовь и отношения - QWERTY.Форум

Но ты интуитивно знаешь, что я люблю тебя больше! Мысленно всегда с тобой, так как привязана к тебе душой. Вспомнился Платон по этому поводу: Любовь — сильнее притяжения! К сожалению или счастью, мы не выбираем тех, кого нам любить.

Это подарок Божий или случайный выбор нашего сердца. Но случайного ничего в мире. Будто Он посылает частичку Себя достойным понести её, это великое чувство в наш мир, чтобы хоть как — то ещё спасти его или сделать. Любовь делает нас лучше! Но угнетает неопределённость, веры и надежды почти не осталось, только вспоминая тебя, знаю, что любовь ещё есть, и, ни о чём не жалею!

Roma Smile - Как тебя зовут

Ты настоящее чудо, говорю искренне! За прошедшее время мы посвятили друг другу лавину чувств, облечённых в слова, ежедневные мысли, глубокие сердечные переживания, благодаря этому ты постоянно со мной, а я с тобой; сказать без преувеличения, я чувствую тебя каждой клеткой своего тела и люблю каждой частицей своей души, будто ты рядом, на расстоянии вытянутой руки.

Порой, хочется жить твоей нежностью и объятиями. Помню тот день, как сейчас, когда я почти растворилась в тебе, забыв обо всём на свете! Но иногда, кажется, что с тех пор прошла уже целая вечность. Знаю только одно, что я выросла на любви к. И теперь уже не маленькая наивная, страдающая любовью, девочка, а мудрая взрослая женщина, благодарная за то, что ты был и есть в её жизни!

Твоя Софи - Здравствуй, милый! Сегодня уже 22 ноября года. Мне без тебя не очень! Но в чём-то становлюсь терпимее, наверное, умнее. Может быть, в наше время и не до любви?! А возможно, данное светлое чувство единственное, что поможет нам выжить в холодном мире. Так хотелось бы жить именно здесь и. А на сегодня реальность такова — две любящие половинки потерялись на этой огромной планете, их разбросало по разным сторонам света, но, как ни странно, между ними осталось то общее, что связывает души обоих и тянет друг к другу!

И пусть наступающим вечером мы не попьём вместе чай, не постоим, обнявшись, в тишине у окна, глядя на ночные огни города, не заснём, согревая друг друга, не встретим рассвет. Но точно знаю, когда уставший от суеты город погрузится в вечернюю мглу, и в своей комнате, кроме тиканья часов, не услышу шагов или разговора соседей, я произнесу вслух твоё имя. А, засыпая, снова скажу, что люблю! Да хранит тебя Бог, мой дорогой! Всегда твоя Софи Прошло уже столько времени, что порой будто чувствую, как разлука просто рвёт душу на части.

Невыносимо хочется к тебе! Понимаю, - сейчас тяготит расстояние, а потом нужно будет беречь любовь от искушений в этом огромном мире. Но, если мы созданы друг для друга, то сможем сохранить и всё настоящее, что связывает нас! Наверное, нужно довериться судьбе!

Иногда, думаю, что потеряно столько минут счастья, только потом осознаю — любовь приходит не всегда и не к каждому, а наша, испытанная временем, перенесённая в разлуке и получившая закалку трудностями, родилась на свет и окрепла, как закалённая сталь, которой теперь почти ничего не страшно.

Ты — моё маленькое чудо! И великое счастье, что ты есть в моей жизни! Посылаю тысячу поцелуев в надежде на то, что все они коснутся тебя!

Всей душой и сердцем, твоя Софи Этим зимним вечером снова по тебе скучаю и спешу нацарапать несколько нелепых строчек. Я никогда не осознавала раньше, почему так любила осень и представляла себе нашу встречу именно в это время года.

Письма к Любимому!

А когда восстановила в памяти некоторые хронологические даты, поняла, что именно осенью мы и встретились однажды. С того дня утекло много воды, как говорится, но расстояние не охладило чувства, а только укрепило, оставив глубокое желание никогда больше не знать тяготы одиночества и усталость переживаний.

Прости за всё, что пришлось пережить за эти годы! Искать виновного в сложившейся ситуации просто глупо! Я не злюсь на тебя и прощаю, продолжая жить тобой! Люблю, как никого и никогда! Посылаю своё нерастраченное тепло, мысленно обнимая!

И ещё, сколько бы я не написала уже писем, иногда возникает такое ощущение, что своё самое лучшее письмо мне только предстоит тебе написать. С любовью, Софи Почти реально нет сил — быть без.

А впереди весёлый праздник и нужно неплохо выглядеть. Любовь неистовым ураганом мечется в душе и сводит с ума. Я мечтаю проснуться первого января в твоих объятьях исцелённой. Но это только мечты! Хотя они бывают и материальны, если могут принести пользу! Пусть эти необыкновенные праздничные дни наполнят волшебством твою жизнь, исполнив заветные желания!

Искренне люблю тебя, мой самый дорогой человечек на земле! Пишу тебе снова, чтобы не оборвалась между нами эта тонкая нить, и вижу, что очень соскучилась, хотя не писала всего лишь несколько недель. Всё это время думала, как жить вдалеке от тебя по уши влюблённой?!

И нашёлся только один ответ — просто жить, жить дальше! Сегодня разревелась прямо в прихожей, придя с улицы.

Не было сил даже раздеться. Так и простояла какое-то время в сапогах и шубе, опёршись о притолоку шкафа, будто уткнувшись в твоё плечо, глотая слёзы, бежавшие по щекам, а сердце щемило неистовой болью, от которой не помог корвалол. Обиды нет, нежность покрыла осадок грусти, но дни без тебя, в последнее время, немного, реально, потеряли смысл. Вспомнила невольно твоё лицо: Невольно пришла на ум фраза Эдварда Кэммингса: Будь, что будет, милый, коль сердце протестует, не хочет забыть тебя и не может не любить!

Посылаю свою нежность с тысячью воздушных поцелуев, чтобы они согрели тебя этим холодным январским вечером, и на душе стало веселее!

Чтобы значил для меня наш мир без тебя, твоей улыбки, глаз, рук, движений, желаний и чувств? Он был бы пуст и более бессмыслен! Только по милости Божией ещё и существует, потому что по разным уголкам разбросаны частички чьей-то любви! Тепло идёт не только от солнца, но и от сердца к сердцу, если оно в нём есть! Прошло уже столько времени, а я, ведь, не научилась жить без тебя! Ты мне нужен примерно настолько, насколько каждому живому существу на планете нужен кислород!

Обнимаю тебя, целуя губки и глазки! Окрасилась речка в цвет хаки, Наверное, где-то идут дожди, Но не было б с другом драки, А остальное б мы пережили. А может завтра, нагрянут метели, А может, пойдут снега, На друга нельзя лишь злиться, Ведь небом дружба дана. Нам злость с тобой пригодится, Когда врагов будем бить, Нам злость с тобой пригодится, Водку горькую пить.

Быть может, нам сегодня приснится, Город наших с тобой надежд, А может, с нами беда случится, Но друг у друга мы.

У нас с тобою есть песни Про дружбу и про любовь, И в наших сердцах стучится Алая, чистая кровь. Не бегаем мы от них, Любимым мы лишь покоримся, Они наша совесть и честь. Мы не охотники за словами, Мы не охотники за деньгой, Мы просто жизнь эту любим, И любим, быть самими.

Как лекарство ты смерть прими И назад никогда не смотри, Улыбаясь, иди вперёд, Где-то жизнь тебя новая ждёт. От себя никогда не уйдёшь, Песни вновь где-нибудь пропоёшь И о новых своих друзьях. Вновь ты выберешь путь крутой, На вершину взойдёшь хмельной И со скрежетом на зубах Из души своей вырвешь страх.

Может, будешь любим одной, Самой лучшей в мире женой, Без которой в этих мирах Жизнь не жизнь, а лишь прах. По дороге такой с тобой Пробежать захочет любой, Но любых ты с собой не бери, Ведь не для них ты писал стихи.